Круглый стол "Русский консерватизм как проект"
10 апреля на социологическом факультете МГУ состоялось очередное заседание Центра консервативных исследований на тему «Русский консерватизм как проект». Участники обсуждения задались целью рассмотреть феномен консервативного проектирования в перспективе развития русской общественной мысли с конца XIX века до наших дней и попытаться очертить контуры актуального настоящему моменту консервативного проекта. Политический обозреватель Первого канала Михаил Леонтьев выступил на мероприятии в качестве основного докладчика. Начал он своё выступление с того, что сформулировал главный, по его мнению, вопрос, на который должен ответить любой общественный мыслитель – вопрос о государстве. «Можно совсем прямо: зачем нужно государство? Не стану перечислять либеральные концепции – «ночной сторож» и так далее… - но существует одна очень точная формулировка, и она, пожалуй, даже не консервативная, а скорее универсальная: государство нужно для того, чтобы выиграть войну.
«Конечно, войну следует понимать в широком смысле и помнить о том, что война меньше всего грозит тому, кто к ней лучше подготовлен. Но для нашей традиции и эта формулировка не является самой важной. В нашей традиции государство самоценно. Жизнь государства, его процветание и могущество – самоценны, и служение ему является ценностью. Империя сакральна – не в силу чего-то там, но как таковая. Если мы принимаем это, то всё встаёт на свои места. Сразу станет понятно, по какому принципу должны строиться институты и производиться отбор», - заявил политолог.
Следующим пунктом выступления докладчик обозначил актуальность и востребованность общественно-политического проектирования именно сегодня – в разгар «системного мирового кризиса». «Мы говорим уже не об экономике, – подчеркнул Леонтьев. – Это крах системы эгалитарного гуманизма, где человек стоит в центре всего, и все люди равны». По словам политолога, такой подход к интерпретации действительности, будучи абсолютно не адекватным социальной реальности, вынужденно порождает формы имитации общественно-политического процесса, вуалирующие реальную политику. Такой способ существования является глубоко конфликтным, и в своих «зрелых» формах утрачивает способность отвечать на вызовы.
Таким образом, сознательный отказ от заблуждения в отношении человеческой природы является первым обязательным шагом на пути создания новой жизнеспособной формации. «Люди разные, они не равны в математическом смысле. У людей разные мотивы, разные ценности, вообще разная природа. Они хотят от жизни разного», - настаивает Леонтьев, утверждая необходимость отражения этой реальности в системе общественных институтов. В качестве опыта такого рода проектирования он представил проект «Третья империя», в рамках которого, в частности, была разработана нео-сословная концепция, предлагающая несколько различных форматов соотношения прав и обязанностей: «Принцип – отказ от эгалитарного гуманизма и реальная свобода выбора, свобода выбирать разную жизнь. Свободно принятые обязанности дают такие или иные права. Это фактически сословная система с открытыми сословиями».
Руководитель ЦКИ, профессор МГУ Александр Дугин, начиная свою речь, вернулся к рассмотрению базовых параметров того, что следует понимать под словом консерватизм. «В нашей инициативе нас сопровождает представление, что консерваторы хотят сохранить прошлое. В этой связи во избежание неопределённости следует подчеркнуть: наша миссия состоит не в том, чтобы сохранить прошлое, а в том, чтобы реализовать «синхронический подход». Специфика историцизма заключается в опоре не на бытие, а на движение. Апелляция к прошлому – это своего рода «полемический приём» консерваторов в диалоге с прогрессистами, и сегодня этот приём работает хуже, чем когда бы то ни было. Консерватор защищает не прошлое, а неизменное. Консерватизм ориентирован не назад, а вертикально. Мы отстаиваем постоянное – некие фундаментальные константы», - заявил философ.
По его словам, настоящий консерватор одинаково беспристрастно взирает из сферы постоянного и на прошлое, и на настоящее, и на грядущее. Важно в этой связи различить в прошлом бывшее, в настоящем – бытующее, в грядущем – будущее, то есть – в соответствии с концепцией Мартина Хайдеггера - встать во времени на сторону бытия. Исходя из этого, необходимо различать чисто реактивную охранительную инициативу и консервативный проект, который есть не что иное, как «сражение с грядущим на стороне будущего».
Следующей важной темой, затронутой профессором Дугиным, стал набросок консервативного образовательного канона, который, по мысли философа, с необходимостью должен включать в себя три важнейшие составляющие: богословие, этносоциологию и геополитику.
Наконец, ещё одним важным моментом с точки зрения позиционирования консерватора в современном информационном поле является открытый и честный взгляд на войну. По убеждению Дугина, в котором его поддержал и Михаил Леонтьев, и декан соцфака Владимир Добреньков, необходимо отказаться от эвфемизации войны в общественном дискурсе и последовательно отказаться от «борьбы за мир» в сфере практики. «Вопрос войны должен стоять открыто и прозрачно, - заявил Дугин. – Мы – воюющий народ, воюющая страна, воинственная церковь. Не надо пропагандировать войну, но надо признаться, что борьба за мир нас разложила. Потом, война и так уже идёт – надо лишь назвать вещи своими именами».
Известный публицист, активист и идеолог единоверческого движения в Православии, кандидат юридических наук Владимир Карпец изложил взгляд консерватора на проблему государствоведения и государствостроительства.
«В новой государствоведческой модели мы должны решительно уйти от концепции разделения властей и гражданского общества. Разделение властей есть мираж, поскольку всякая власть в принципе должна быть едина, и если она не едина, то это – не власть», - заявил докладчик. Вместе с тем он указал на необходимость отказаться от классификации форм государственного устройства и вернуться к бессмертной аристотелевской типологии государств.
В качестве единственно приемлемых для России форм организации властной иерархии выступающий выделил два принципа: царско-земский и орденско-партийный. Причём эти принципы не являются взаимоисключающими и могут дополнять друг друга. Первый представляет из себя модель легальной институализации власти – «соединение вертикальной властной оси и местных форм самоорганизации». Второй есть модель «чрезвычайно-диктаторская», наиболее показательным осуществлением которой стала опричнина Ивана Грозного.
Необходимость обуздания идеи развития в рамках консервативного проекта подчеркнул в своём докладе доктор исторических наук Вардан Багдасарян, снабдивший свои тезисы внушительными эмпирическими выкладками.
Только что вернувшийся из Молдавии, а перед этим побывавший в Румынии лидер Евразийского союза молодёжи Павел Зарифуллин рассказал об опыте общения с современными восточно-европейскими консерваторами. На примере отношения к кишинёвским событиям он продемонстрировал разнообразие политического мышления различных консервативных кругов и истолковал природу этих различий, исходя из данной Александром Дугиным триады: «Теология у нас с ними одна, а вот этносоциология и геостратегия оказались разными». Углубившись в рассмотрение различных типов политического консерватизма, лидер евразийцев продолжил анализ их соотношения в аспекте общности и различия по тем или иным показателям. В этой связи, а также в виду постулата о неизбежном и скором крахе либеральной модели, Зарифуллин сделал вывод, что новая мировая политическая палитра будет представлять из себя мозаику различных консерватизмов. И то, «каков будет рисунок этой мозаики, и как будут складываться отношения между её элементами – вот это самое интересное, это и будет содержание политического процесса».
Помимо указанных тем в ходе выступлений и дальнейшего обсуждения также напомнила о себе проблема формирования новой консервативной элиты. Все участники обсуждения согласились с тем, что первостепенную роль в этом процессе будет играть образование. Весьма кстати Владимир Добреньков напомнил собравшимся о том, что по решению Министерства образования России МГУ получил право самостоятельно утверждать образовательные стандарты для обучения по специальностям.
Илья Дмитриев, портал "Евразия"
Фото: Руся Рокина